Для Кыргызстана двигаться только в сторону Китая — бесперспективно

В России создается постоянно действующая экспертная платформа «Большая Евразия». Эксперт рассказал, какие задачи способна решать эта дискуссионная площадка, какие возможности она открывает и чем может быть полезна Кыргызстану.

Координатор экспертной платформы «Большая Евразия» политолог Сергей Масаулов считает, что Кыргызстан заинтересован в сопряжении евразийского и китайского пространства.

В России создается постоянно действующая экспертная платформа «Большая Евразия». Мы попросили Сергея Масаулова, рассказать, какие задачи способна решать эта дискуссионная площадка, какие возможности она открывает и чем может быть полезна КР.

— Расскажите, какие возможности может предоставить платформа «Большая Евразия» Кыргызстану?

— Перед Кыргызстаном сегодня стоит вопрос: как договориться с соседями об использовании единых водных ресурсов? До сих пор была единая система энергетики, и надо ею каким-то образом управлять, развивать ее. Это прямые интересы Кыргызстана, которые совпадают с позицией Узбекистана и Казахстана.

Плюс трудовая миграция сегодня — основной источник доходов для страны. Кроме Кумтора, но этот проект скоро завершается, и нужно искать что-то новое, важное. Двигаться только в сторону Китая, как происходило до сих пор, не очень эффективно. Надо искать более серьезные форматы взаимодействия. В этом плане Кыргызстан заинтересован как в Евразийском экономическом союзе, так и в более широких интеграционных формах. Например, в «Большой Евразии», когда будет сопряжение евразийского и китайского пространства «Один пояс — один путь».
Если республика не станет работать в данном направлении, не будет ни новой индустриализации, ни современных производств. Надежды на электронику, на то, что электронное управление выправит страну, — это иллюзии, потому что непонятно, чем управлять с помощью электроники. Значит, нужно создать саму экономику.

— А в целом для чего создается экспертная платформа «Большая Евразия»?

— Потребность в различных формах взаимодействия экспертов России, Беларуси, Закавказья, республик Центральной Азии и некоторых других стран ощущалась давно. Уже с середины 1990-х годов началось сближение позиций, стали появляться диалоговые площадки. Интеграционные процессы в Евразии придали новый импульс партнерству экспертов наших стран. Тем более что проблемы в кооперации деятельности требуют продумывания шагов и действий гораздо в большей мере, нежели отказ от сотрудничества.

Евразийские интеграционные процессы стали подлинным вызовом всему корпусу современного гуманитарного и технологического знания, поскольку потребовали не только уточнения многих понятий, теорий и тому подобного, но и выработки методологии интеграционных процессов в XXI веке. Тем более, повторить чужой опыт интеграции, например, европейский или южноамериканский, невозможно и даже противопоказано, но знать его надо. Много вопросов вызывает и евразийская интеграция.

Сейчас стало очевидно, что все страны мира столкнулись с серьезным вызовом технологической революции и необходимостью структурных реформ. Не менее сильным вызовом является угроза безопасности. В переломные моменты истории, когда резко меняется традиционный строй жизни людей, как симптом перехода к новому обществу появляются экстремистские идеологии и террористические практики.
Удачный ответ на эти вызовы будет характеризовать успешные страны и их объединения. Существенно то, что глубина вызовов требует кооперации усилий партнеров, а также интеграции ресурсов, выработки новых форматов взаимодействия.

Большая Евразия — это исторический, геополитический и культурно своеобразный большой регион взаимодействия. Сложилось так, что в XXI веке Россия вместе с рядом стран, прежде всего СНГ, начала сближение с Китаем, Ираном, государствами Южной и Юго-Восточной Азии и Дальнего Востока. Вновь выросла роль евразийского цивилизационно-культурного континента на Ближнем Востоке.

Сходные вызовы стоят и перед Европейским союзом и теми, кто ассоциирует себя с этим интеграционным объединением. Нет препятствий нормальному взаимодействию и кооперации усилий Евразии с европейскими объединениями. Потому несколько российских НКОинициировали создание диалоговой площадки — экспертной платформы Большой Евразии.

— Какими видятся вам перспективы кооперации экспертов из России и стран Центральной Азии?

— Сначала о форматах. Наработан опыт, и традиционно неплохо проводятся круглые столы, конференции и другие встречи. Но это что касается результатов, полученных и употребляемых в самом экспертном сообществе.
Довольно часто приходилось слышать о необходимости продолжения работы после проведения конференций и круглых столов в направлении поиска совместной деятельности экспертов из России и стран Центральной Азии. Здесь неплохо зарекомендовали себя группы, создаваемые участниками коммуникативных мероприятий в социальных сетях.

Экспертные организации России и Центральной Азии интенсивно поддерживают деловые и дружеские контакты, участвуя в мероприятиях своих партнеров, обмениваются результатами исследований. Самой развитой формой партнерства организаций стал формат совместной разработки и реализации проектов. В последнее время практикуется такая форма, как открытая школа аналитики. В ближайшее время эксперты из России и стран Центральной Азии приступят к программированию и проектированию молодежных проектов, а также к их сопровождению в процессе реализации.

Учитывая интенсивность деловых контактов, можно утверждать, что кооперация экспертных организаций и деятельности отдельных экспертов наших стран перейдет на новый уровень — соорганизации деятельности или совместной организации действий, а не только проектирования.

— Какие новые вызовы стоят перед Центральной Азией? Каковы ваши прогнозы на 2018 год?

— Центральная Азия не едина. Казахстан и Кыргызстан находятся в Евразийском экономическом союзе. Кто-то оценивает свои возможности и последствия от вступления в ЕАЭС.

Узбекистан выбирает кооперацию усилий и взаимодействие, но на двусторонней основе. Это требует согласования форматов взаимодействия в решении общих вопросов: водопользования, энергетики, транспортных артерий, пролегающих через территории партнеров.

Во всех странах требуется восстановление некоторых прежних производств или создание принципиально новых. Между тем успех каждой республики региона зависит от выработки совместных решений в данных вопросах. И это — вызов, требующий интеграции усилий стран, возможно, в разных формах, но укрепления взаимодействия.

Опыт показал, что нет прямого перехода к рыночной экономике. В переходный период требуется масштабная (и не только финансовая) поддержка стран и международных объединений. Это нужно делать, пока не сложится новый социальный порядок и новые поколения не привыкнут жить в конкурентном мире.

Ситуация в странах Балтии и ряде государств Восточной Европы показывает развал общественной жизни, если не делать подобных постоянных «вливаний». Ответом на социальную катастрофу является массовая трудовая миграция, рост экстремистских настроений и популяризация идеологий радикальных действий.

С этим вызовом страны Центральной Азии столкнулись в полной мере. Новое здесь — в выходе уже второго, постсоветского, поколения в пространство миграционных потоков в Евразии. А это поколение оказалось более восприимчивым к воздействию экстремистских идеологий и радикальным действиям. Это следующий вызов республикам Центральной Азии.

В самих странах региона все сильнее проявляется столкновение традиционных отношений и правил регламентации социальной жизни с потребностями нового порядка жизнедеятельности. Этот раскол идет через устройство городской и сельской жизни, через семьи и судьбу детей, через столкновение различных идеологий, программирующих жизнь людей подчас непримиримым образом. Это серьезный вызов всем центральноазиатским обществам, от ответа на который зависит судьба народов.

Можно ожидать, что в 2018 году интеграционные процессы в странах Центральной Азии и на пространстве Большой Евразии получат новый импульс. Это произойдет благодаря дальнейшим шагам руководства стран ЕАЭС, решениям возможных новых членов объединения, а также странам, ориентирующимся на более тесное взаимодействие в евразийском партнерстве. Не последнюю роль, уверен, сыграют прямые деловые и гуманитарные контакты и проекты гражданских организаций наших стран.

Во многом это произойдет благодаря внешней «поддержке» и вмешательству наших западных и иных партнеров, которые своими действиями и демонстрацией своего подлинного образа жизни только подталкивают нас к более тесной интеграции.

Люди, привыкшие жить в проектах, редко занимаются прогнозами, потому что прогноз относится к естественным процессам, а проект — к искусственно и искусно созданным человеком новым условиям жизни. Предполагаю, что за счет интенсификации проектной деятельности на пространстве взаимодействия стран ЕАЭС и других государств Центральной Азии можно добиться качественно новых результатов в интеграции.

StanRadar.com

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*