Как кыргызстанский легпром проиграл битву за рынок

Как кыргызстанский легпром проиграл битву за рынок

Швейную отрасль Кыргызстана сегодня добивают закрытые границы и отсутствие возможности торговать с другими странами в период пандемии. Однако существует еще одна причина того, что этот сектор экономики оказался нежизнеспособным в экстремальных условиях — изначально был неправильно выбран курс развития.Президент Ассоциации спортивных товаропроизводителей Bigser Сергей БЫКОВСКИЙ рассказал «Вечерке» зачем кыргызским швейникам еще 20 лет назад стоило озаботиться разработкой собственного бренда.

Сколько лет вы в швейном бизнесе?

— Свои первые эксперименты по пошиву спортивной одежды я начал ставить еще в подростковом возрасте. Учился в спортклассе, одежда и обувь быстро изнашивались. И это на фоне всеобщего дефицита. Лет в 14 я решил сам себе сшить спортивную форму. Попробовал. Получилось неплохо — даже на продажу смог изготовить. Позже меня даже за спекуляцию привлекали — тогда ведь запрещалось торговать. Когда к власти пришел Михаил Горбачев и начались какие–то послабления, я смог вполне легально в 1986 году открыть свой кооператив. Потом Союз развалился, и я начал вести дело уже в независимом Кыргызстане.

Почему не уехали из Кыргызстана в период массовой миграции из республики русских?

— Во–первых, здесь я родился и вырос. Во–вторых, в Россию не поехал, наверное, потому, что мыслил как бизнесмен. Я понимал, что в нашей стране легкая промышленность была сконцентрирована не случайно. Есть множество факторов, которые влияют на себестоимость продукции. И среди них не последнюю роль играют место расположения производства, наличие сырьевой базы, стоимость энергозатрат. Все это в советское время было учтено. В результате доля поставок товаров легпрома из нашей республики в остальные составляла около 70 процентов. Здесь были сосредоточены значительные производственные объемы, работали высококлассные специалисты, отрасль интенсивно развивалась. И я твердо был уверен, что все это нужно возобновлять.

Ну и как, получилось сохранить этот потенциал швейной промышленности, который имелся?

— Нет. Большей частью мы его утратили. Проблема в том, что в стране не были созданы условия для развития брендового швейного производства. В Советском Союзе собственность была государственной. И ее довольно жестко проверяли — была строгая сертификация, стандартизация. Работал народный контроль, продукции присваивался знак качества ОТК (отдела технического контроля). Это были, пусть и несовершенные, но условия, которые помогали предприятиям развиваться, учиться отвечать на потребности общества качественной продукцией. В капитализме существуют свои механизмы стимуляции и мотивации экономики. Там инициатива исходит от общества. Создаются организации и ассоциации, которые занимаются поддержкой и внедрением стандартов, тестирования, сертификации для торговли качественными продуктами и услугами. Например, знак ISO (International Organization for Standardization) гарантирует, что вы покупаете товар, соответствующий международным стандартам. Проходят такую сертификацию компании добровольно — им самим выгодно подтвердить соответствие определенному уровню. Так вот, эти механизмы, к сожалению, у нас не смогли внедрить.

В связи с чем эта практика не прижилась в нашей стране?

— Во многом это связано со средой. В обществе не сформировано понимание того, что, покупая бренд — тем более отечественный, — человек покупает не только определенное качество, но и обеспечивает сохранение рабочих мест для своих соотечественников, а может, и для себя. У нас есть партнеры в Японии, например. И я их спрашиваю, как им удается удерживать бренд, ведь дешевая продукция из Китая есть повсюду. Они подтверждают, что действительно, на японском рынке также представлены китайские товары, но народ очень четко понимает, что если сегодня они не купят у отечественного производителя, то завтра все останутся без работы. Поэтому 95 процентов населения покупают кроссовки за 100, хотя есть и за 10 долларов.

А разве сто долларов за пару обуви для нас не слишком дорого?

— На самом деле это реальная стоимость хорошей обуви. Я считаю, что курс на постоянное удешевление продукции, который сегодня взяли многие, — это дорога в никуда. И для бизнеса, и в целом для общества. В классической экономической модели происходит следующее: затраты на производственный процесс снижаются, а продукт дорожает, за счет чего растет прибыльность предприятия. У бизнесмена появляется возможность развивать свое дело, в том числе за счет разработки или покупки новых технологий. Реальная цена на товар или услугу вне зависимости от отрасли обеспечит в конечном счете процветание каждого в стране. Судите сами, если тот же хлебороб сегодня получит за производимый им продукт честную цену, соответствующую всем производственным затратам, то завтра он пойдет покупать за столь же реальную стоимость качественные услуги медицины для себя или хорошее образование для своих детей. Образцом такого экономического устройства можно считать Швейцарию: там дорого все, но вместе с тем там процветают все граждане.

Почему у нас не получается такая модель, как в Швейцарии?

— Потому что у нас эталонные цены на «Дордое». Людям действительно хочется покупать все за низкую цену. А какие вещи приходят на «Дордой»? Там очень много конфиската, контрафакта, бросовых вещей. Самое плохое, что таможня сегодня не способна защитить наши предприятия от этого потока нелегальщины, которая, выходя на рынок, демпингует цены производителей и дискредитирует производство. Кроме того, нужно понимать, что приобретение контрафакта — это поддержка воровства. Подделку любого бренда должны изымать из оборота и уничтожать. А ее скидывают на наш рынок и тем самым уничтожают наше производство. Это нечестно. А мы тем временем продолжаем голосовать за этот ворованный по факту продукт.

Получается, что в нашей стране просто невыгодно заниматься реальным производством в швейной отрасли?

— Можно сказать, и так. На мой взгляд, выбрали не совсем верный курс, чтобы занять свою нишу на мировом рынке легкой промышленности. Прежде всего после распада Союза, когда нужно было работать, развивать свои бренды, мы взялись усердно торговать. Сначала распродали все советское, потом стали перепродавать китайское. Все стали заниматься реэкспортом. Причем крен в сторону перепродажи товаров из КНР был настолько силен, что, когда этот рынок открылся и на него стали завозить продукцию совершенно непонятного качества, параллельно проходили процессы, нацеленные на уничтожение местных производителей. Например, если от китайцев никто не требовал подтверждения качества, то нашей компании приходилось выкладывать по 30 тысяч долларов за необходимую сертификацию.

Какую стратегию надо было выбрать, чтобы она стала локомотивом отрасли?

— Швейники Кыргызстана пытались занять нишу массового производства. Но для того, чтобы отшивать масс–маркет, нужно понять, есть ли возможность создавать продукт такой ценовой политики, чтобы его производство было целесообразным и рентабельным. Как это устроено в Китае, который является мировым поставщиком товаров широкого потребления: огромные рынки интегрированы со швейными производствами, имеется дешевая сырьевая база, четко прорабатывается логистика доставки товаров. Швейные фабрики, работающие для этих рынков, насчитывают минимум тысячу рабочих мест плюс 90 процентов производства автоматизировано. А что у нас? Мы собираемся шить для масс–маркет и открываем подвал с пятью швеями. Сырья своего у нас нет, на покупку технологий не хватает ресурсов, пути доставки товаров мы не продумывали. На мой взгляд, правильным решением было бы выбрать нацеленность на создание отечественных брендов — в разных отраслях. Этот выбор я сделал в пользу своей компании и вот уже почти тридцать лет взращиваю свою торговую марку, поддерживаю репутацию, создаю продукцию с конкретным имиджем и стилем. Думаю, это был бы правильный путь для многих швейников в КР.

А на него еще не поздно встать?

— Если говорить о Кыргызстане, то наш социум еще совершенно не готов к такой работе — создавать отечественные бренды, популяризировать их, доращивать до мирового уровня, делать их значимыми. Мы все время хотим дешевле, бьемся с ценой. Мы просто пытаемся выживать и думаем, что на этом все. Такой образ мышления и привел нас к тому, что мы имеем сейчас. Чтобы вылезти из этого, надо воспитывать понимание в людях, в детях, учить ценить и любить то, что у нас есть, то, что мы делаем своими руками. Учить видеть местных героев. Да, классно, что Илон Маск удачно запустил в космос ракету, но для нашей страны куда важнее, что, например, производитель кроссовок запустил производственную линию, использующую технологию, которой еще нет у известных мировых брендов спортивной одежды и обуви. Вот это достижение, на которое надо обращать внимание, этим надо гордиться.

Источник: газета «Вечерний Бишкек»