Каракалпакстан, июль 2022 года: виновата ли нехватка воды в массовых протестах?

Каракалпакстан, июль 2022 года: виновата ли нехватка воды в массовых протестах?

Каракалпакстан, июль 2022 года: виновата ли нехватка воды в массовых протестах?

В первые дни июля 2022 года в Нукусе начались массовые волнения и протесты. Причиной тому послужил вариант Конституции, где решено исключить суверенный статус Каракалпакстана и, как следствие, его право на выход из состава республики. Есть много погибших и раненных, так что на следующий день Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев был вынужден прилететь в этот город, а также подписал указ «О введении чрезвычайного положения на территории Республики Каракалпакстан».

Но всё ли дело только в исключении суверенного статуса из Основного документа? Скорее всего, нужно рассматривать эти события под разными фокусами и с помощью ряда важных факторов – политического, национального, социально-экономического и обязательного водного. Отсутствие системного решений по всем ним в комплексе не даст положительных результатов и Каракалпакстан будет оставаться потенциальным очагом нестабильности.

Постараемся разобраться в этой теме именно с точки зрения водной составляющей. К примеру, 4 июля на Лента.ру опубликована статья «Начало массовых протестов в Узбекистане объяснили» (https://lenta.ru/news/2022/07/04/karakalpakstan/?ysclid=l56wc4kkac768431177), в которой политолог А.Суздальцев объяснил протесты социально-экономическими проблемами. Приведем отрывок из этой публикации: «Причиной протестов в узбекском Каракалпакстане стали социально-экономические проблемы, считает политолог Андрей Суздальцев. По его словам, «Народ поднялся не только из-за автономии. Сама зона Каракалпакстана — это зона экологической катастрофы. Этот народ веками жил на берегу Аральского моря, которое исчезло. Это резко ухудшило экологическую ситуацию в регионе. Соль везде присутствует, нет хорошей пресной воды, да и вообще с водой очень плохо, распространяются различного рода заболевания. Это зона катастрофы, оттуда люди уезжают. Естественно, в такой ситуации социально-экономическая проблематика высокая, каракалпаки традиционно ожидают помощь от республиканского центра, однако как показывают события Ташкент думает о другом.  Недовольных очень много, в автономии господствует мнение, что каракалпаки это люди второго сорта. Учитывая, что сельское хозяйство находится в тяжелом положении, безработица очень солидная, есть большое напряжение в обществе».

Имеет ли право на существование «теория водного заговора» и «фактор воды» в массовых протестах? Наверное, да, если вспомнить прямую критику узбекского лидера, который в действительности многое старается сделать для Каракалпакстана, в адрес руководителя Министерства водного хозяйства Узбекистана Ш.Хамраева в конце 2020 года. В статье «Мне не нужен министр-сторож», Президент раскритиковал министра водного хозяйства» (https://www.gazeta.uz/ru/2020/11/16/irrigation/). Критика звучала следующим образом: «… в водном хозяйстве нет ни руководителя, ни работы над собой, ни мнения у господина Хамраева (министра водного хозяйства Шавката Хамраева – ред.). Ходишь с этими бессовестными и строишь большие здания для водного хозяйства. Ты не продержишься долго, если в Каракалпакстане, в Кашкадарье не будет сделано того, что обещал. Мне не нужен министр-сторож», – предупредил он».

Ш.Мирзиёев реально заботится о развитии этого региона. Каракалпакстан входит в зону Аральского экологического бедствия, что наносит значительный урон социально-экономическому развитию этого региона. Впервые вопрос о развитии Приаралья определен приоритетом государственной политики. На высохшей части Аральского моря высажены зеленые насаждения площадью 1.733 млн. га. Разрабатывается пятилетняя национальная программа по восстановлению флоры и фауны региона. По его инициативе создан Многопартнерский трастовый фонд ООН по человеческой безопасности для региона Приаралья в Узбекистане, только почему-то офис находится в Ташкенте, и Международный инновационный центр Приаралья при Президенте Республики Узбекистан в Нукусе.

Если верить официальным данным, то в Каракалпакстане осуществлена масштабная работа по обеспечению населения питьевой водой, улучшено состояние ирригационных и мелиоративных сетей.

Однако руководитель Минводхоза делает всё наоборот, он сам себе хозяин в водохозяйственной сфере – сложилось впечатление, что «стоящий у водного руля» с 2005 году Шавкат Хамраев (был назначен заместителем министра сельского и водного хозяйства Узбекистана – начальником Главного управления водных ресурсов, а в 2018 году министром водного хозяйства) лучше всех знает всё о воде. Взять, например, долгосрочный проект государственного масштаба по созданию малых локальных водоемов в дельте Амударьи. Состав этого проекта включает в себя 12 объектов, а также 7 озер и водохранилищ – это что-то вроде подобия мини-модели от высохшего на территории Узбекистана Аральского моря. Проект начинался еще в те времена, когда нынешний президент был премьер-министром и с тех пор в него вложены миллиарды бюджетных средств Узбекистана. Подсчитан даже «Экономический эффект от проекта» – достижение стабильного горизонта воды в озерах Центральной зоны Приаралья позволит получить стабильный прирост растительности (камыш, разнотравье, пастбища), используемой на корм для крупного рогатого скота и прочей фауны региона (рыба), что в свою очередь принесет дополнительный доход местному населению. Информацию можно прочитать на официальном сайте Агентства по реализации проектов МФСА в Узбекистане по ссылке: http://aral.uz/wp/projects-2/small/.

Что мы видим в реальности. Вода Амударьи – практически единственный источник для питьевого водоснабжения, орошаемого земледелия и окружающей среды. Она разбирается в других регионах Узбекистана не доходя до Каракалпакстана, при том что эта страна является самым крупным потребителем амударьинской воды. В итоге, не говоря о том, что вода не доходит до Аральского моря, она редко и в самых минимальных количествах, и при плохом качестве – после орошения полей до каракалпакских земель, доходит до системы дельтовых озер и искусственных водохранилищ. Восточный Арал исчез окончательно, а самый глубоководный Западный Арал отходит от берегов на 200-500 метров ежегодно. Водохранилища Междуреченское, Муйнакское, Рыбачье, озера Макпалкуль, Майпост, Малый и Большой Закиркуль из-за многолетнего отсутствия поступающей воды из Амударьи, имеют реальные шансы высохнуть окончательно, многократно усилив аральскую экологическую катастрофу и  расширив ее площадь.

Дефицит воды в любом регионе Узбекистана может быть искусственным, поскольку реки и в том числе Амударья зарегулирована многочисленными водохранилищами, каналами и другими гидротехническими сооружениями. Ничего не стоит Ш.Хамраеву дать команду и в многоводный год искусственно вызвать засуху, а маловодный год пройти без особых сложностей – всё регулируется. Каракалпакстан, как самый нижний по течению реки водопотребитель, получает воду по остаточному принципу, а Аральское море – по остаточному от остаточного принципа – на первый взгляд парадокс и белиберда, но это действительно получается именно так.
Выходит, главный водник страны, он же заслуженный ирригатор Каракалпакстана (2016 год) и Узбекистана (2017 год), подставляет Президента в Каракалпакстане, который грозился, но почему-то не сменил «министра-сторожа», на фоне активных кадровых преобразований.

Возможно, Ш.Хамраеву выгодно, что пустынный регион Каракалпакстан, не имеющий запасов водных ресурсов, будет полностью зависеть от него. Иначе как понять и объяснить его действия, направленные против курса Главы государства.

Не секрет то, что из-за низких зарплат, безработицы и других социально-экономических сложностей вкупе с тяжёлой экологией трудоспособные жители уезжают работать в ближнем зарубежье (Казахстан, Россия) и другие регионы Узбекистана. Отток жителей наблюдался еще с конца 1990-х гг., особенно с северных районов Каракалпакстана, до которых вода по руслам каналов практически не доходит. Даже если в каком-то году вода придет и удастся избежать засухи и огромных ущербов, то нет гарантии что следующие годы не окажутся засушливым.

Таким образом, глубинной и истинной причиной массовых протестов является «водный вопрос». Частые и продолжительные засухи в Каракалпакстане, традиционно сельскохозяйственном регионе, приводят к массовым недовольствам среди жителей и социальной напряженности. Вода – это жизнь и не зря в рамках ООН цель 6 в области устойчивого развития называется «Обеспечение наличия и рационального использования водных ресурсов и санитарии для всех». И когда мы читаем «миллиарды людей по-прежнему не имеют доступа к безопасной воде и санитарии, а финансирование недостаточно», то это прямо относится к Каракалпакстану.

Воды точно больше, чем сейчас не будет. И зададимся вопросом – а что будет в перспективе в Каракалпакстане? Думается, что политическим деятелям в Ташкенте необходимо остановится и хорошенько подумать: либо они сдерживают протесты и косметически «ремонтируют» окровавленный Каракалпакстан либо принимают судьбоносное решение о полноценном доступе населения автономии к воде, которая без какой-либо дополнительной помощи возродит край, восстановит экологию, улучшит благосостояние людей! А вы что думаете по этому поводу?

Ринат Алиев

ПОДЕЛИТЬСЯ

Share on facebook
Share on whatsapp
Share on telegram
Share on vk
Share on twitter
Share on odnoklassniki