Мифический Туран не защитит Кыргызстан

Мифический Туран не защитит Кыргызстан

Мифический Туран не защитит Кыргызстан

Кыргызстан расставляет новые приоритеты в своей внешней политике, исходя из своих национальных интересов, обозначенных в национальной стратегии развития страны, реализация которой намечена до 2026 года

В какую сторону и насколько кардинально власти республики намерены сместить акценты в международных отношениях, как на них отражается внутренняя общественно-политическая ситуация, и какое влияние на расстановку внешнеполитических векторов оказывают региональные и геополитические процессы? Эти и другие актуальные вопросы обсуждались в рамках круглого стола: «Внешнеполитические перспективы и вызовы КР в 2022 году», организованного общественным фондом «Евразиялык муун» (Евразийское поколение) в партнерстве с Международной ассоциацией ветеранов спецподразделения «Альфа» КР.

Как отметил, руководитель отдела разработки политики и реализации реформ в управлении политических и экономических реформ администрации президента КР Аскар Бешимов, с началом пандемии в 2019 году весь мир перешел в режим повышенной турбулентности, который охарактеризовался серией военных конфликтов, социальным противостоянием, торговыми войнами, а также сформировал устойчивые тренды «нового» мира.

– Сегодня наблюдается кризис международного права, которое все реже применяется при решении вопросов между государствами, уступая место праву силы, когда прав тот, кто сильнее. Меняется мир и в нашем ближайшем окружении – это и ситуация в Афганистане, и наши взаимоотношения с соседями, и взаимоотношения на постсоветском пространстве в целом. Именно в эти годы происходит окончательное разрушение советской империи, – пояснил сотрудник президентской администрации.

При этом он отметил, что концепция внешней политики Кыргызстан остается прежней, переписывать документ не планируют, несмотря на то, что во внешнеполитической деятельности республики появилось несколько новых акцентов. Их реализация отражена в национальной стратегии развития страны, принятой в прошлом году.

– За годы независимости было принято несколько таких документов, последний – в 2019 году. Но обстоятельства постоянно меняются, поэтому нет смысла затрачивать средства и усилия на принятие очередной концепции, которая, скорее всего, очень быстро устареет. Пункты по внешнеэкономическим и внешнеполитическим аспектам, которые позволят сбалансировать отношения республики с нашими партнерами и союзниками, включены в план мероприятий по реализации национальной стратегии развития до 2026 года. Во главу угла документ ставит мобильность в принятии решений и реагировании, как на внешние, так и на внутренние факторы. Вторая задача – развитие зеленой экономики с учетом мировых тенденций. Я это рассказываю к тому, что нам пора переходить от разговоров, с кем дружить, а с кем нет, к реализации конкретных проектов с привлечением иностранных государств без оглядки на нашу ориентацию или зависимость от тех или иных партнеров. Понятно, что тезис о зависимой независимости сохраняется, но мы должны идти вперед, – подчеркнул Бешимов.

Тезис о преимуществах многовекторной внешней политики поддержал и эксперт по международным отношениям, экс-руководитель отдела внешней политики аппарата президента КР Данияр Сыдыков. При этом он подчеркнул, что ее отличительной чертой должна стать предсказуемость и последовательность действий на международном уровне.

– Мы должны придерживаться честных правил игры со всеми странами, не декларативно, а практически отдавая приоритет развитию и укреплению отношений с союзниками и стратегическими партнерами, прежде всего, с государствами ЦА, – сказал дипломат.

Сыдыков обратил внимание, что сегодня Кыргызстан имеет добрососедские отношения не со всеми соседями по региону.

– У нас есть определенные проблемы с Таджикистаном, но есть и хороший опыт их решения, приобретенный в процессе налаживания отношений с Узбекистаном, где важную роль играла народная дипломатия. Я думаю, эту практику можно использовать и с таджикской стороной, нужно развивать направления, которые будут идеологически объединять население в приграничных районах. В противном случае будет сложно решать какие-то вопросы на официальном уровне, – уверен эксперт.

А вот в отношениях с Казахстаном, по его мнению, нужны другие подходы, учитывая, что северный сосед нередко злоупотребляет зависимостью от него Кыргызстана в плане логистики, т.к. через казахскую территорию проходит основной экспорт и импорт товаров, но при этом обе республики являются членами ЕАЭС, где в этом году председательствует КР.

– Председательство в Евразийском союзе – это прекрасная возможность, чтобы предметно и детально подойти с проектами конкретных решений данных вопросов. Нужно настаивать на практической реализации правил союза 2014 года. Для нас это очень важно, потому что происходящее на КПП «Ак-Тилеке» – километровые колонны машин, которые по несколько часов не могут пересечь границу, подвергаясь неправомерным досмотрам – это неприемлемое нарушение норм евразийского объединения. Правильно, что президент КР поднял вопрос об усилении судебных структур ЕАЭС. Его решение позволит регулировать многие аспекты в правовом поле. Поддерживаю и инициативу усилить полномочия ЕЭК, предоставив комиссии возможности оказывать влияние на ситуации, в которых ущемляются права предпринимателей, – сказал Сыдыков.

Он также отметил роль Китая в формировании региональной и евразийской повестки, подчеркнув необходимость сопряжения проектов в транспортно-логистической сфере с инициативой «Один пояс – один путь».

– Мы уже около 20 лет обсуждаем строительство железной дороги «Кыргызстан – Китай – Узбекистан», но дальше разговоров пока не продвинулись. Сейчас у нас есть хорошая возможность отбросить политические амбиции и начать практическую реализацию этого проекта. Нам надо только начать строить, и соседи присоединятся к этому процессу, -добавил дипломат.

Исполнительный директор Центра стратегических решений «Аппликата», общественный советник первого зампреда кабинета министров КР, экономист и эксперт по интеграционным процессам Кубат Рахимов считает необходимым пересмотреть внешнеполитическую концепцию Кыргызстана с точки зрения внесения большей ясности относительно ее целей и задач с ориентиром на деполитизацию экономики и демонетизацию политики.

– В этом случае наш внешнеполитический курс, где одним из ключевых приоритетов обозначено евразийское направление, сможет выйти на спокойный, но активный режим работы. Год председательства Кыргызстана в Евразийском экономическом союзе важен для того, чтобы мы показали и доказали, что наднациональные интересы объединения могут соответствовать национальным интересам конкретных стран. На мой взгляд, интересы Кыргызстана и цели, которые заложены в Договоре о ЕАЭС, не просто совпадают по ключевым направлениям, но и не отрицают той многовекторности, которая у нас прописана в документах о внешней политике, потому что истинная многовекторность требует расстановки приоритетов, а без них она является абстракцией, – отметил эксперт.

Кроме того, пользуясь председательством в ЕАЭС, по мнению экономиста, Кыргызстан может максимально наполнить наднациональную повестку, а также донести до широкой публики, прежде всего, те инициативы, которые генерировались в республике в контексте горных стран.

Говоря о возрастающем турецком влиянии, Кубат Рахимов подчеркнул, что сама Турция, которую многие абстрактно воспринимают, как некий монолит, внутри себя имеет несколько векторов развития. Порядка 40% турков крайне позитивного смотрят на сближение с Россией и Китаем, часть общества продолжает верить в евроинтеграцию и надеяться на вступление в Европейский союз, другая часть ориентирована на США, ну а кто-то придерживается неоосманских идей.

– Другой вопрос, как Турция, позиционируя себя региональным игроком, проявляется в нашей стране. Сейчас осуществляется уже третья попытка перехватить Торгово-промышленную палату Кыргызстана. Для нас это не самый лучший кейс, поскольку есть риск, что если мы слепо возьмем турецкую модель, то получим определенные негативные последствия. Поэтому я призываю быть осторожными в этом плане и не обольщаться обещаниями турецкой стороны профинансировать строительство каких-то зданий или еще что-то сделать. Потому что разворот одной единственной бизнес ассоциации может оказаться неприятным сюрпризом в отношениях с другими странами, – добавил Рахимов.

Общественный деятель, эксперт по вопросам безопасности и международных объединений Токон Мамытов обратил внимание, что стратегические подходы к развитию Кыргызстана должны учитывать не только прямое влияние внешних и внутренних процессов, или непосредственные контакты с партнерами, но и осознавать давление их жесткой, мягкой, умной, а также дискурсивной сил.

– Сейчас Кыргызстан, если не найдет свое место, рискует оказаться в списке несостоявшихся государств. Малые страны, такие как наша, в силу ограниченности ресурсов всегда вынуждены варьировать, чтобы занять ту нишу, которая позволяет им решать их внутренние задачи и сохраняться как государствам. Если сотрудничество в рамках китайского проекта «Один пояс – один путь» строительство железной дороги, как и интеграционные инициативы России, следует рассматривать с точки зрения экономических перспектив Кыргызстана, взаимодействие по линии ОДКБ – как гарантию безопасности, то с Тураном у нас может быть только гуманитарный союз, – уверен эксперт.

В контексте вопросов безопасности и степени влияния на нее Афганистана, он отметил, что больше опасений в этом плане вызывает внутренняя религиозная ситуация.

– У нас голова должна болеть не об афганских талибах, а о своей организованной структуре «спящих ячеек», вооруженных идеями суррогатных извращенных течений ислама. Наш главный тревожный вопрос в плане обеспечения безопасности – это наша внутренняя религиозная ситуация, которая характеризуется религиозной безграмотностью. Поэтому перед нашим государством стоит задача поднять уровень культуры и образования в целом, и религиозного образования в частности, – добавил Мамытов.

Однако эксперт в вопросах безопасности, президент Международной Ассоциации ветеранов спецподразделения «Альфа» КР Юрий Погиба считает, что недооценивать афганский фактор крайне опасно.

– Сегодня укрепление вертикали власти талибов в Афганистане идет под влиянием внешних игроков, каждый из которых контролирует определенные группы «Талибана», тем самым решая свои стратегические задачи. В течение последних 2-3 лет под контролем США и Турции с Ближнего Востока в Афганистан перебрасывались боевики ИГИЛ, «Исламского движения Восточного Туркестана» и других террористических группировок. В этой связи угроза проникновения в регион террористических групп, связанных и несвязанных с «Талибаном», сегодня очень высока, – подчеркнул ветеран спецслужб.

Он обратил внимание, что данные разведки подтверждают причастность к погромам в Казахстане боевиков, переброшенных из Афганистана, а также «спящих ячеек», сформированных при их участии на казахстанской территории.

– Для организации беспорядков в РК было переброшено не 20 тыс. человек, конечно, но все равно достаточно большая группа боевиков. Они должны были осуществить заранее спланированную за пределами страны операцию, которая просто не сработала в полном объеме. Т.е. ситуация в Казахстане показала, как «третьи силы» могут включиться во внутренний политический кризис и дестабилизировать государство. Это реальный риск для всех центральноазиатских республик. Ввод миротворческого контингента ОДКБ оказал больше морально-психологическую помощь, но и показал миру, что Организация является дееспособным военным блоком, который может оперативно взять под свой контроль ситуацию, – уверен Погиба.

Неравномерность получения доходов среди населения назвал основной причиной казахстанских событий политический обозреватель Аркадий Гладилов.

– Буквально вчера Токаев заявил, что социальное расслоение и стало основной причиной митингов, которыми воспользовались деструктивные силы, которые попытались взорвать ситуацию. Поэтому осмысливая события в Казахстане, мы должны проецировать их на нашу страну. Кыргызстан сейчас снова балансирует на этой грани, при таком низком уровне доходов населения, росте цен на продукты питания и энергоносители, весной этого года можно ожидать обострения ситуации, – уверен политолог.

Юрий Погиба сообщил, что сейчас происходит отток из Казахстана боевиков ультра салафитского течения, часть из них пытается осесть в Кыргызстане, что по его мнению создает негативные предпосылки для обострения ситуации в плане религиозной радикализации. Эксперт также подчеркнул, что в случае военного конфликта в Средней Азии справиться с ситуацией сможет только ОДКБ во главе с Россией, которая обладает способностью к проведению операций такого масштаба, и в рамках военно-технического сотрудничества способна в короткое время перекинуть дееспособные подготовленные подразделения в зону боевых действий. Турция в этом плане, по словам эксперта, абсолютно бесполезна.

Между тем, Анкара придает большое значение втягиванию тюркских государств в сотрудничество по военной линии – продвигает продукцию своего ВПК и с готовностью принимает на учебу представителей их Вооруженных Сил.

На тот факт, что навязывая Кыргызстану и другим странам военное сотрудничество, апеллируя при этом к гипотетическим планам по созданию «единой армии Турана», Анкара, ищет исключительно экономическую выгоду, обратил внимание зампредседателя ОФ «Евразийское поколение», политолог Игорь Шестаков.

– В отличие от России, от которой по линии ОДКБ мы получаем вооружение на безвозмездной основе. Турция свое вооружение партнерам продает, т.е. речь не идет о поддержке, это бизнес и получение экономической выгоды. Поэтому мне кажется, что когда мы говорим о тюркском объединении, мы не говорим о равном и паритетном партнёрстве, для нас – это лишь надежда на какие-то мифические дивиденды, – отметил эксперт.

По его мнению, за идеей великого объединения тюркских народов, которое инициирует Анкара, стоят, прежде всего, политические и экономические интересы турецкого руководства.

– Например, мы можем говорить о больших поставках турецкой, в том числе и сельскохозяйственной продукции в Кыргызстан и другие страны региона, тогда как в обратном направлении объемы поставок очень «скромные». Если мы посмотрим на товарооборот и долю импорта-экспорта в нем, то мы увидим, кто является основным получателем выгоды от этих процессов, – подчеркнул Шестаков. – Естественно, что Турция стремится переформатировать и внешнеполитическую повестку стран региона, потому что традиционные стратегические партнеры того же Кыргызстана – это ее прямые конкуренты, но я считаю, что участие во внешнеполитических проектах Анкары не должны осуществляться в ущерб евразийской интеграции, потому что ключевой внешнеполитический вектор формирует все таки трудовая миграция. Денежные переводы наших граждан из России являются подушкой безопасности для экономики КР. В Турции же, где высокий уровень безработицы, находится очень небольшой процент трудовых наших мигрантов.

Мысль о том, что сотрудничество с Турцией не должно осуществляться в ущерб традиционным контактам стран постсоветского пространства, поддержал в своем выступлении и политолог Табалды Акеров.

– Бывшие советские республики, пусть и имеющие тюркские корни, не должны отдаляться от России – она должна оставаться для них стратегическим союзником и партнером, даже если они и будут в той или иной мере интегрироваться в турецкий проект. Более того, я думаю, что российская сторона не видит в этом реальных противоречий. Мне понравилось выступление пресс-секретаря Владимира Путина, который сказал, что создание Турана не должно происходить без участия того же Алтая. Это четкая позиция российской стороны, которая говорит о том, что данная структура без ее участия является неполноценной, и что Россия, возможно, готова в ней участвовать, – поделился мнением эксперт.

Процесс создания Турана уже запущен, и вряд ли его можно остановить, поэтому нужно искать возможности для сближения Москвы и Анкары.

– Мне кажется, что тюркские республики должны этому содействовать. Турция, конечно, не выйдет из НАТО, поскольку в западных странах очень большая турецкая диаспора, но гуманитарное и экономическое сотрудничество со странами постсоветского пространства вполне возможно, если турецкая сторона будет ориентироваться на интеграционные процессы в ЕАЭС, поскольку с этой организацией связаны реальные торгово-экономические перспективы постсоветских республик, – добавил Акеров.

Аналогичного мнения придерживается системный аналитик, историк, юрист, экономист, кандидат медицинских наук Бактыбек Саипбаев.

– Когда в мире идут тектонические процессы, и на наших глазах формируются крупные региональные союзы и блоки, Россия должна встать во главе сборки евразийских территорий. Евразийский блок в будущем будет иметь причудливые сочетания, которые сегодня кажутся невероятными. Но результаты этого процесса мы увидим уже через 5-10 лет. В этот блок может войти Турция, потому что с точки зрения экономики ей прямая дорога только в Евразийский союз. Пусть она хоть трижды остаётся членом НАТО, но свои товары она продаёт преимущественно на рынках ЕАЭС. То же самое касается Ирана и Вьетнама. Остаться без рынков сбыта могут Южная Корея и Япония, и не исключено, что со временем они также могут включиться в евразийскую интеграцию, – уверен аналитик.

При этом он отметил, что страны Евразии могут состоять в разных военных объединениях, однако для Кыргызстана и других стран постсоветского пространства единственным военно-политическим партнёром и гарантом безопасности будет оставаться ОДКБ во главе с Россией, т.к. ни Япония, ни США с Европой, ни Турция не обеспечат эту защиту.

Однако главный эксперт, юрист Антикоррупционного делового совета при президенте КР Айдар Мамбеткадыров уверен, что уставные правовые положения ОДКБ устарели, и их необходимо пересмотреть с учетом нынешних реалий.

– В этом году Кыргызстан взял на себя председательство в Евразийском экономическом союзе. Но, учитывая события в Казахстане, я думаю это хорошая возможность для нашей страны поработать не только по линии ЕАЭС, но инициировать пересмотр уставных документов ОДКБ. О необходимости реформировать некоторые положения коллективной безопасности говорят и армяно-азербайджанский конфликт, и конфликт между Кыргызстаном и Таджикистаном в апреле прошлого года, и события в Казахстане, куда по просьбе Токаева Организация ввела войска для противодействия террористической угрозе. Дело в том, что группировки террористов состояли из боевиков салафитского течения, которое в РК запрещено, но одним из племянников Назарбаева почему-то поддерживается, – отметил эксперт.

В свою очередь эксперт по гуманитарным вопросам, экс-замминистра образования КР Умутхан Тыналиева отметила, что события в Казахстане подталкивают страны Центральный Азии к еще одному не менее важному выводу – ключевым из рисков в регионе является религиозный экстремизм и политизация ислама.

– У нас есть определенные группы, которые системно занимаются политизацией ислама. К проявлениям этого процесса можно отнести агрессивные реакции определенных групп населения на попытки ограничить ношение хиджаба в образовательных учреждениях, или необоснованные требования со стороны этих групп запретить мужчинам работать гинекологами. Это опасный симптом, свидетельствующий о том, что эти факторы с легкостью могут быть использованы внешними центрами силы в конкретных политических целях, в том числе для дестабилизации региона или формирования антироссийских настроений, – подчеркнула эксперт.

По ее словам, эта деструктивная агитация особенно опасна для молодежи, которая и является основной целевой группой для экстремистских группировок.

– Как правило, это молодежь с низким уровнем образования и низким социальным статусом. Это проблема нашей системы образования. Здесь работы много, поэтому просто ввести просто какой-то курс, факультатив или даже отдельный предмет по религии не достаточно. Нужно повышать образованность населения в целом, – уверена Тыналиева.

В этой связи она отметила, что параллельно с этим Турция в свою очередь ведет политику укрепления в ЦА позиций государственного фонда «Маариф» и других гуманитарных проектов.

– Турция начала завоевывать рынок образования в Кыргызстане еще в 90-е годы, тогда появился «Себат», который позже трансформировался в «Сапат». По линии «Маарифа» у нас пытались открыть лицей «Анадолу», но он не выдержал конкуренции с другим турецким проектом. И здесь важно сказать, что в программе турецкого образования велика религиозная составляющая, идеологическая – тем более. Естественно идеология внушается протурецкая. Учитывая, что в самой Турции треть населения имеет только начальное образование, то вложение турками средств в образование нашей страны, следует рассматривать, как невоенное завоевание, т.к. из выпускников их вузов и лицеев в политикообразующих кругах Кыргызстана формируется протурецкая прослойка, готовая во всем ориентироваться на Анкару, – добавила эксперт.

Как отметила политический обозреватель Наталья Крек, по информации некоторых источников, не последнюю роль в событиях, произошедших в начале января в Казахстане, сыграла именно Турция.

– Есть предположения, что турки были причастны и к конфликтам между Кыргызстаном и Таджикистаном, а ранее между Арменией и Азербайджаном. Прямых доказательств этому, конечно, нет, однако, косвенных более, чем достаточно, например, наличие очевидных выгод, которые могла бы получить, а где-то и получила Турция, которая давно рассматривает постсоветское пространство в качестве зоны своих стратегических интересов. Эффективно используя факторы национальной и религиозной близости, турецкое руководство запускает на территории ЦА пропагандистские кампании по дискредитации действующих региональных блоков – СНГ, ОДКБ, ЕАЭС. Сегодня Анкара планомерно реализует наступательную политику по расширению своего влияния в центральноазиатском регионе, которая подается под идеологическим брендом «братства тюркских народов». Однако за декларацией «о дружбе и братстве» скрывается ряд негласных устремлений турецкого руководства, которые противоречат интересам центральноазиатских государств, – отметила аналитик.

Между тем политический обозреватель Александр Ильяев высказал убеждение, что проект Туран, в том виде, в котором его задумал Эрдоган, не будет реализован.

– Это максимум историко-культурное объединение, несмотря на «имперские амбиции» президента Турции в Центральной Азии. А его настойчивое стремление вовлечь Кыргызстан в свои экономические и политические альянсы может и вовсе угрожать суверенитету республики, не говоря уже о перспективе охлаждения отношений Бишкека с давними стратегическими партнерами. Поэтому, несмотря на уговоры Анкары, Бишкеку необходимо выполнять принятые в рамках ЕАЭС и других интеграционных объединений на постсоветском пространстве обязательства. В противном случае нельзя исключать, что подходы к взаимодействию с Кыргызстаном этими структурами будут пересмотрены, при этом выгоды от взаимодействия с Турцией вряд ли смогут покрыть такие потери, – уверен аналитик.

Он добавил, что Бишкеку пора перестать играть в многовекторность, потому что она раздражает не только российских, но и китайских партнеров.

Источник: www.region.kg

ПОДЕЛИТЬСЯ

Share on facebook
Share on whatsapp
Share on telegram
Share on vk
Share on twitter
Share on odnoklassniki